Надпись “Не купаться” может означать для русского человека несколько смыслов:
- “Только не купайтесь пьяными”,
- “Не купайтесь, но если очень хочеться, то купайтесь осторожно”, “Можете купаться, но если расшибете себе голову, мы не будет отвечать”,
- “Да ну вас всех нахрен, делайте что хотите, мы умываем руки”….
Что значит для нас привычное на каждом углу “Не купаться”?
Ровным счетом ничего.
Точно так же и для меня эта небольшая надпись на бортике бассейна не произвела совершенно никакого эффекта. Я с разбегу бросился бомбочкой в мутноватый бассейн, к котором плавали нападавшие за ночь листья деревьев.
И зря.
У меня вырос гриб. Тропических гриб. В левом ухе. И у меня есть подозрение, что не только в ухе... Уж я то знаю, какая у них, грибов, грибница.
Ухо побаливало несколько дней после купания в мутной воде бассейна, и я капал в него антибиотики, отвораживая микробов матерными заговорами. Боли прошли, но легкое ощущение полузаложенности осталось. Но, впрочим, это мне совершенно не мешало радоваться жизни.
Ехать к доктору из-за такой чепухи не хотелось: в это время меня перло по жизни - солнце радовало, ночь разрывала тишиной.
Я не мог отвести глаза от деревьев и цветов.
Бабочки порхали, вараны сновали, пресноводные крабы прятались в норках, обезьяны зачастили в гости.
Речка Мадуганга светилась, острова удивляли.
Еда ощеломляла вкусом.
Простой кипяток с куском имбиря взрывался во рту тысячами оттенков.
Белоснежные цветы, неизвестной мне породы-природы свешивались по утрам к моему лицу.
В ванной без крыши росли на стенах причудливые папоротники.
Полный пи@#ец.
По вечерам я доставал свой варган, и устроившись на своем балкончике над Мадугангой, играл в тишину реки, в ее темную, сливающиюся с чернотой, гладь. Звуки уносились в черноту реки, ударялись об острова и разноголосили в строны каким то немыслимым ревербераторами из 80-х годов. Черные силуэты рыбаков на лодках с удочками в руках были моими преданными слушателями.
Меня разрывало на куски от счастья.
Ехать к доктору-ухогорлоносу не просто не хотелось, не думалась даже сама мысль “подумать о том, что надо вообще ехать к докторам”.
Доктор убеждал меня поехать дней пять, пугая тропическими болезнями, а потом взял меня за руку и повез к Ухогорлоносу.
Моложавый сингальсикий мужичишко радостно и любезно сообшил мне, что отныне я живу не один.
Со мной вместе, как оказывается, живет еще одно существо.
Реально живое и по размерам не микроб несчастный, а реальная такая штучка. Типа рыбки из “Путешествия автостопом по Галактике”. Только из друго семейства. Из семейства, которое так и не могут определить к какому классу они принадлежат – к классу Животных или к классу Растений.
Потому, что эта штукенция вырабатывает животный белок, тот самый левостронне закрученнный, сложнейщий органический проитеиновый комплекс, из света и воды.
И при этом ни за кем не гонятеся, ни куда не двигается и никого не убивает.
Растет себе, помалкивает – ну точно растение, а генетически внутри – ну полнейшое животное.
Вкусное. Или вкусные.
Знаю, потому что мы, люди, их едим, а им в радость.
Белые, лисички... Грузди! Маслята просто в радость. С сопельками....
А тут бац – у Вас Тропический Гриб.
Какой гриб, Вы что одурели?
Я что, похож на полянку?
Или на ящик с грибницей?
Я что по-вашему, уже торф?
Я попросил Доктора-Ухогорлоноса написать, как гриб называется на английском, что бы прийти и глянуть в глубинах интернетах на свого гриба.
- На английском названия нет. Это местный грип.
- Он вредный?
- Нет.
- Он ядовитый?
- Нет.
- Что значит “нет”?
- Он не ядовитый и не вредный для здоровья.
- И никакого дискомфорта, доктор. Безобидный совершенно, гриб просто живет у меня в ухе и радуется.
Меня разрывает по жизни. Может это гриб так работает в моем организме, выделяет какие то вещества в кровь, от которых меня плющит от обычных лучиков солнечного света сквозь листья пальмы по пути к моему номеру?
- Может быть. – ответил доктор, все так же весело улыбаясь.
- Так зачем же его удалять?
- Так написано в книжках.
- В каких книжках?
- Медицинских.
- К чему, к каким осложнениям может привести этот гриб?
- Ни к каким.
- Побочные эффекты?
- Нет.
- Зачем удалять?
- Так написано.
Разговор с доктором получался долгим. Доктор нервничал, за дверью ждала очередь.
- Приезжайте ко мне в госпиталь, мы будем его удалять. 16-го в шесть вечера. Следующий!!!
В тук-туке мы продолжили разговор с умным и начитанным, но нудным Перчем.
- Ты понимаешь, что есть группа трорпических заболеваний, о которых ты не имеешь понятия, ты сраный, докторишко. Сказано – удалять – нужно удалять, что тут непонятного?
- Погоди, Перч. Вдумайся. Этот гриб не несет для меня никакой нагрузки. Совершенно миролюбивое существо. Сидит у меня в ухе. Мне его присутствие – ну совершенно похер, понимаешь?! Он меня не волнует никак. Совершенно никак. Меня его присутствие совершенно не смущает, не удивляет, не ужасает, не пугает....
- Но это тропическое заболевание!!!
- Кто это сказал? Мистер Смиттт, сраный англичанин. Который первый заглянул в ухо местному.
Схватил цветущего от счастья аборигена за ухо, зырк туда - а там гриб ему:
- Привет, Хаварью.
Доктор наложил в штаны и решил, что это ужастно, и написал дрожащей от ужаса рукой: “удалять нахрен, если увидишь гриб в ухе”.
- Ты полный идиот, ты это понимаешь?! Сидишь тут, в Шри Ланке, тащищся по жизни, но в мире существуют за-бо-ле-ва-ния. Малярия, лихорадки, тропические грибы, которые заводятся в ухе и ...
- И нихрена не причиняют!!! Они не причиняют боль, они не причиняют зуд, кровь, воспаление, стреляние в ухе, онемения, шумы... Они не причиняют нихрена!!! Ни хрена!!! На хрена мне его убивать?
- Ты что, идиот?! Гриб, срань несчастная, завелась у тебя в ухе. Это такая болезнь, понимаешь? Как аппендицит, только в ухе!!! Купался в грязном бассейне, а он туда залез и живет у тебя. В эпителии твоего уха.
- А может он вырабатывает в мою кровь какие то вещества, от которых меня так прет по жизни?!
- Ты идиот полный!!! Удалять, я сказал.
- Хрена!!! Меня так никогда не радовала жизнь!!!
Мы подрались в тук-тук и Перч в этот раз победил.
Он заламал мне мой здравый смысл за лопатки, и я зассал рыпаться.
